СКОРО


АВТООТВЕТЧИК
(495)633-54-62

Strana.ru
RTR-Sport.ru
Россия
РТР-Планета
Радио Маяк
Радио России
smi.ru
Skavkaz.rfn.ru
Выпуски программ  |  "Вопрос ребром"

"Уходит женщина от счастья, уходит от своей судьбы..."

    Уже четвертый год мы рассказываем о детях, которым нужны приемные родители. Каждый раз, когда мы видим фотографию нашего нового подопечного, от которого отказалась родная мать, возникает один и тот же вопрос: как она могла такое сделать?

- У меня не было родителей, я сама была ребенком, у меня не было никаких возможностей растить и воспитывать его. Получилось так, что меня лишили родительских прав. Я навещала ребенка. Потом мне запретили с ребенком видеться, потому что я его травмирую.

        Так объяснила свой поступок мама нашего бывшего подопечного. Максим прожил в Орловском доме ребенка четыре года. Когда она узнала, что его хотят усыновить, то восстановилась в родительских правах и забрала сына. К этому времени ей исполнилось 20 лет.

    А вот что сказала мама четырехлетней Влады из Кемеровского дома ребенка:

- То, что я сделала,  - это мое личное дело. То, что у нее будет своя семья, - это ваше дело! То, что я сделала четыре года назад, - у меня были причины так поступить. Сейчас ничего не изменилось, и в будущем ничего не изменится! У меня уже началась другая жизнь!

    И в этой - другой - жизни у нее есть другой ребенок. Она родила его спустя два года после того, как оставила первенца в роддоме. Она любит своего сына и, скорее всего, никогда не расскажет ему о том, что у него могла бы быть старшая сестра.

 

---

    Кто она - женщина, которая оставила своего ребенка? Преступница? Жертва обстоятельств? И должна ли она - в любом случае - нести ответственность за свой поступок?

- Разные бывают ситуации. У кого-то просто нет выхода. Негде жить и нет работы. Нищета. И возраст, предположим, 16 лет. А человек слаб против всего этого. Но она приходит в роддом, рожает и оформляет документы так, что ребенок вскоре уходит на усыновление. А кто-то рожает, оставляет в роддоме, потом через три месяца возвращается и восстанавливает родительские права на ребенка. Получает пособие. И еще через месяц уносит ребенка в самый дальний угол подвала одного из жилых домов и оставляет там, надеясь, что ребенка никто не услышит до самого его конца. Ребенку везет, и его слышат. Я видела такого ребенка. Вот эта вторая - преступница! А первую я судить не берусь. Ибо эта категория женщин для меня - другой мир. Но если био-мать моей маленькой дочери теперь только попробует протянуть к ней руки… уничтожу!

Так ответила на эти вопросы одна из приемных мам. А вот еще одно мнение.

- Мать, которая вынашивает ребенка, я не могу осудить. Я не знаю, насколько тяжело это дается. Мы не знаем, когда и почему человек принял это решение, - говорит отец Марк, священник из Новосибирска. Они с супругой усыновили мальчика из московского дома ребенка. Двухлетний Аарон наполовину вьетнамец.

- Вы, когда смотрели личное дело Аарона, интересовались его биологическими родителями?

- Я узнал, что Тхи Фын, - так маму Аарона зовут, - это женщина, родившаяся в тот же год, что и я. Она приезжает в Москву, у нее нет прописки, как мы узнали, она как-то живет, что-то ее держит в Москве, и вот она 9 месяцев носит ребенка, это ее первенец. Мы не знаем, с какими мыслями она борется. Не знаем, что ее подвигло. Первенца больше никогда не будет, и неизвестно, будет ли потом еще ребенок, и сможешь ли ты его полюбить после того, как предала первую любовь. Очень сложно о другом человеке судить. Я не могу ее осуждать. Более того, получается, что она подарила радость в нашу семью.

- Я перед каждой женщиной, которая отдала ребенка в детский дом, готов встать на колени и поклониться, потому что десятки миллионов ее соотечественниц просто прикончили ребенка, сделав аборт, а эта дала ему жизнь, - когда-то признался нам в интервью протоиерей Дмитрий Смирнов. - Бросить - это лучше, чем убить, понимаете? Мы нация убийц, потому что через аборты прошло большинство наших женщин. С попустительства отцов. Говорить о той, которая бросила:  «Какая она плохая»! - я не могу, у меня язык не повернется ее осуждать. Ну, мало ли: она голодная или несчастная, или брошенная... Но все-таки она не убила человека!

    Юрий Сокольников один из тех, кого не «убили». По его словам, он прошел по «этапу». Сначала дом ребенка, потом детские дома, их было четыре. Все свое детство он мечтал: «Вот именно сегодня откроется дверь, зайдет моя мать и скажет: «Я - твоя мама»!

    Сейчас Юрию тридцать. Он получил образование. Работает юристом. У него счастливый брак. Трое детей. Конечно, он давно уже перестал ее ждать, но осталось желание узнать - кто она? Шесть лет назад он разыскал женщину, родившую его на свет.

- Она удивилась, обрадовалась, испугалась?

- Реакция сложная была. Начиная от удивления, заканчивая слезами.

- Мама просила у Вас прощения?

- Нет. Какой смысл? Для того, чтобы простить, необходимо держать зло. У меня не было ничего. Поэтому не было предмета прощения. Может быть, когда-то и хотелось узнать причину. Сейчас я этого не хочу.  Потому что с позиции возраста и жизненного опыта я понимаю, что ни одна из причин не может оправдать такой поступок. Лично я бы не смог с этим жить. Вот это я понимаю точно.

    Ольга Куприянова, социальный педагог, много лет работает в иркутском доме ребенка. Каждый день она видит маленьких, беззащитных детей, которые никому по-настоящему не нужны.

- Вот Вы рассказываете о детях, и у Вас комок в горле, и без слез трудно говорить. Я не понимаю, почему не жалко мамам, которые их бросили?!

 - Я не знаю, чем это вызвано. Ну, как так: ребенка выносить девять месяцев -  и бросить! Это же твое дитя!

    Есть у нас такая мама. Временно оставила ребенка, плакала перед нами тут, слезы лила - «все, у меня детей не будет!» А через полгода к нам поступает еще один ребенок. То есть, когда она к нам определяла ребенка, она была беременна. Она нас обманывала. Ну, не могу я объяснить эту ситуацию! Но мне страшно становится. Потому что брошенных детей все больше и больше.

- Возраст родителей, которые отказываются от детей… Это молодые неопытные девчонки, которые не понимают, что творят? Или это уже люди, все прекрасно осознающие?

- Я бы не сказала, что основной контингент - это молодые девчонки. Хотя какой-то процент есть. Есть, конечно, и взрослые, те, кому за сорок. И делают они это осознанно. То есть, сколько-то детей, допустим, двое, с ней проживают, а третьего она бросила. И все указывают - "сложное материальное положение". Двоих-то ты воспитываешь, содержишь, неужели ты третьего не сможешь содержать? Ну, если не можешь воспитывать или жить тебе негде, хоть принеси что-то своему ребенку: игрушку или конфет, или одежду какую-то! Но такие случаи можно по пальцам посчитать.

- Что нужно сделать, на Ваш взгляд, чтобы изменить ситуацию?

- Я считаю, что их просто так отпускать нельзя из роддома. Если женщина пришла без паспорта - уже нужно насторожиться. Потому что, порой, по акту смотришь: она родила и через два часа встала и ушла. И такого человека назвать «мамой»? Да ни за что! Потом, уже спустя какое-то время, когда ребенок попадает к нам, в дом ребенка, мы начинаем разыскивать этих мам. Найти их очень трудно. Разыскиваем, объясняем ситуацию. Начинают отказываться - «мы не будем брать ребенка!» - «Тогда мы лишим вас родительских прав, потому что ребенку нужен статус!» - Они смеются нам в лицо: «Ну, и лишайте!» Я считаю, что такая ситуация существует от безнаказанности: бросили - и забыли!

    Какую ответственность по закону должны нести женщины, оставившие своих детей? Этот вопрос мы задали Екатерине Лаховой, главе комитета Государственной Думы по делам женщин, семьи и детей.

Е.Ф. Лахова: - Матери, которые отказались от своего ребенка, и те, которых лишили родительских прав, должны платить алименты. Другое дело, их нужно обязать, и обязать их может орган опеки и попечительства. Если это нормальные структуры органов опеки и попечительства, которые действительно защищают права ребенка, то они обязаны взыскать с матери алименты.

- Они должны понять, что это преступление. Я считаю, что каждое преступление должно быть наказано. Каждое преступление, которое направлено против общества. А это действительно разрушает общество, потому что когда матери бросают своих детей, это потом сказывается не только на жизни самих детей, но и на общественной жизни тоже. Это - подлость. Подлость, которая не может другого человека оставить равнодушным, - уверен поэт Андрей Дементьев. С этим трудно не согласиться. Государство может заставить мать платить алименты и нести ответственность за содеянное. Но ни один закон не заставит ее раскаяться и полюбить ребенка, который оказался ей не нужен. Но поймет ли она когда-нибудь, что наказание ее уже настигло и наказала она себя сама?! Об этом в 1983 году Андрей Дементьев написал одно из самых пронзительных своих стихотворений.

- Это было очень давно, у моего друга должен был родиться ребенок, но, к сожалению, врачи не спасли. Он мне позвонил, и мы вместе пошли встречать его жену. Для женщины - потрясение, когда она носила в себе будущую жизнь и вдруг эта жизнь оборвалась в самом начале! Когда мы ее встретили, я увидел ее глаза, ее лицо, совершенно черное от перенесенной травмы, лицо несостоявшейся матери. И когда я услышал по радио, что в каком-то роддоме очень много детей, которых бросили сразу после рождения, я сразу вспомнил лицо этой женщины. Я подумал - а с какими же лицами уходят они, эти девочки, женщины, оставляя живое существо, которое они носили в себе девять месяцев? Что в их душе происходит? Я пытался это понять, домыслить, как-то сопережить…

    ...И пришли строки: «Уходит женщина от счастья, уходит от своей судьбы» - потому что это действительно счастье - быть матерью. И она уходит сама, добровольно, от этого счастья. Но она не только уходит от счастья, она еще привносит в эту жизнь, которая еще только будет, несчастье и ту ненормальность человеческих отношений, которая потом переходит в беспризорных детей, в их отчужденность, в их озлобленность, в неправильное развитие души...

Женщина уходит из роддома…

Уходит женщина от счастья,
Уходит от своей судьбы.
А то, что сердце бьётся чаще, -
Так это просто от ходьбы.

Она от сына отказалась,
Зачем он ей в семнадцать лет!
Не мучат страх её и жалость,
Лишь только няни смотрят вслед.

Уходит женщина от счастья
Под горький ропот матерей.
Её малыш - комочек спящий -
Пока не ведает о ней!

Она идёт легко и бодро,
Не оглянувшись на роддом,
Вся в предвкушении свободы,
Что опостылет ей потом.

Но рухнет мир, когда средь ночи,

Приснится радостно почти
Тот тёплый ласковый комочек,
Сопевший у её груди.

 

 

Вернуться в выпуск 76


Rambler's Top100
 

© "Радио России". Социальный проект "Детский вопрос" существует с 2004 года. Использование материалов сайта без разрешения редакции запрещено. Создание и поддержка: Дирекция интернет-вещания ВГТРК, 2006-2007. Адрес электронной почты редакции: deti@radiorus.ru